М. Кронгауз «Русский язык на грани нервного срыва»

Название: Русский язык на грани нервного срыва
Автор:Максим Кронгауз
Издательство: АСТ: CORPUS, Москва, 2015 г., 480 стр.

Вы знаете, где ошибка в словосочетании «волнительный момент»?
Вам известно, почему неправильно часто употреблять «правильно»?
А кто назвал жителей Монако «монегасками»?
И зачем вообще нужна орфография?

На эти и другие такие же забавные и прелюбопытнейшие вопросы просто и с юмором дает ответы автор книги «Русский язык на грани нервного срыва» Максим Кронгауз. У меня третье дополненное издание с цветными иллюстрациями и видеозаписями лекций в придачу. Книга вышла тиражом всего в 2000 экземпляров с фрагментом картины художника В. Любарова «Ветер перемен» на обложке.
Переменам в нашем языке она и посвящена.

Вполне предвижу реакцию некоторых читателей на «прелюбопытнейшие вопросы», поэтому сразу оговорюсь: книга в первую очередь будет интересна тем, кто, подобно мне, на грани фанатизма ратует за чистоту и живость русского языка. Книга про изменения в современном языке. Неудержимые и беспощадные. Но чем мне импонирует позиция автора — при всей своей озабоченности судьбой великого и могучего он настроен оптимистично:

«Я писал книжку не потому, что русский язык на грани нервного срыва. Переживаем и нервничаем мы сами, и, наверное, это правильно. Только не надо переходить ту самую грань. Слухи о скорой смерти русского языка сильно преувеличены»

Самое главное достоинство книги я вижу в том, что автор ведет беседу с читателем вовсе не с позиции заумного профессора-лингвиста, а простого носителя русского языка, который знает о нем много чего интересного и необычного. Такого, о чем в повседневной жизни мы и не задумываемся. Кронгауз никого не учит, как надо и как не надо. Он просто рассуждает о том, что происходит с языком, и пытается разобраться, что ему самому нравится и не нравится. Предлагает по-новому взглянуть на привычные слова и понятия, поиграть с ними, представить их дальнейшую судьбу. Да, это не академический труд — профессионалы вряд ли найдут в нем много нового. А вот любители, я уверена, сделают для себя массу удивительных открытий. На фоне хороших шуток, метких замечаний и любопытных наблюдений.

Читать эту в меру веселую, в меру серьезную книгу легко еще и потому, что вся она написана на примерах, которые здесь — основа, а не дополнение к теории. Стиль изложения приближен
к разговорному, и это, на мой взгляд, тоже особый авторский прием, чтобы показать читателю, что язык наш — это не унылые бытовые разговоры и матерщина по вечерам во дворах, это не надоедливые дискуссии грамма-наци о каких-то реформах. Это живой организм, который живет и развивается вместе с нами.

Тут по закону жанра надо бы привести пару-тройку особо понравившихся эпизодов книги. Но при всем желании сделать это весьма затруднительно — хочется поделиться находками буквально из каждого раздела. Их в книге четыре, и каждый посвящен определенной теме. Например, любителям детективов точно стоит обратить внимание на главу «Несчастный случай для одинокой домохозяйки». Просто шикарный по задумке, исполнению, ироничности и знанию материала анализ жанра женского детектива!

А еще как редактору мне особо пришелся по душе последний раздел книги «Правка языка». Помните, как в начале 2000-х нас пугали реформой языка, которая разрешала слово «кофе» употреблять в среднем роде, а слово «парашют» писать через «У»? Почему «пугали»? Потому что, к счастью, я отношу себя к грамотным людям и полностью согласна с Максимом Кронгаузом, который утверждает, что все эти реформы в первую очередь бьют по образованным людям.

«Образованный человек пишет грамотно не потому, что он знает правила, а потому, что он помнит, как пишется то или иное слово. Грамотный человек пишет автоматически, не задумываясь, почему он пишет так, а не иначе. Он привык так писать. Огромную роль и при письме, и при чтении имеет так называемый графический облик слова. Если, скажем, законодательно заменить написание корова на карова, ничего смертельного не произойдет. Пошумят, поволнуются — и будут жить дальше. Однако грамотный человек и читать, и писать станет чуть-чуть медленнее. При чтении его глаз будет спотыкаться на карове, а при письме ему придется на долю секунды задуматься, как с ней быть»

Упоминать о минусах книги вообще не хочется, потому что они ничтожны по сравнению с безусловными плюсами содержания. Меня немного напрягали некоторые повторы мыслей из главы в главу. Но я объясняю это просто — все-таки автор прежде всего профессор-преподаватель. Повторение — мать учения   smile

Наверное, в финале уже будет совершенно лишним говорить о том, рекомендую я эту книгу к прочтению или нет. Конечно, да! Однозначно, читать. Поверьте, несколько вечеров в мире увлекательной лингвистики не пройдут для вас даром.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *